"Преходящие приёмы искусства" – это понятие в Учении Живой Этики употребляется, чтобы "оттенить" то, что является значительно более важным, чем любые принятые формы и "формулы", методы и алгоритмы – "приёмы". Это наиболее важное – качественность психической энергии и мысли в творчестве, во всяком явлении искусства, качественность, которая образуется в результате искания Красоты и накопления "опыта в Прекрасном". Сегодня мало усвоить истину о совершенствовании, ибо "совершенствование совершенствованию – рознь": творчество на стыке Эпох даёт немало внешне качественной работы, результаты которой либо ничтожны, либо даже наносят вред людям.
"…Опыт в прекрасном держит в пределах достоверности. …нужен опыт в прекрасном. Лишь острота наблюдательности поможет утверждать красоту. Ошибка думать, что преходящие приёмы искусства могут создать единое основание к суждению" ("Мир Огненный" I, 24).
Сегодня многие могут убеждаться в том, как тормозится Прогресс цеплянием за те или иные формы, будь то формы действия, или формы мировоззрения (как будто есть хоть что-то более или менее долговечное в непрестанной изменчивости "волн" нескончаемого Потока Бытия)… Но говорим об искусстве. Печально, когда искусство, и особенно музыка, более других сфер обладающая возможностью непосредственного выражения тонких энергий мысли (искусство, не обременённое исканием слов для выражения прекрасной мысли и самого возвышенного чувства), демонстрирует эту самую привязанность к "преходящим приёмам", а точнее, "костенеет" в "почитании" приёма, метода, "образца".
Главный "образец" в искусстве – Красота (Свет) в тех её "образах" – идеалах, на которые способно воображение и мысль человека в их наивысшем "полёте" к Сферам Света. Чем выше поднимается мысль и воображение, тем ярче свет Идеала.
И тем более качественным в стремлении к Идеалу становится выражение творчества. В таком стремлении каждый творец и исполнитель в наибольшей степени проявляет индивидуальность, и достигает той индивидуализированности в приёмах мастерства, без которой мастерство остаётся только "ремеслом", всегда лишённым вдохновенности. Ведь именно внутреннее, одухотворённое устремление – условие этой необходимой "индивидуализации"; а нивелирование индивидуальности в искусстве – следствие безмыслия, отсутствия внутренней работы, следствие простого и механистичного отношения к тому, что только называется мастерством, но при этом ограничивается самым поверхностным его выражением и смыслом.
Причём, тот путь в современном искусстве, который характеризуется неспособностью создавать убедительные, содержательные и чистые образы, есть не что иное, как попытка за мнимой "концептуальностью" скрыть именно отсутствие созидательности мысли и воображения. К сожалению, в отношении очень многих произведений "современного искусства" можно сказать о недостаточности "опыта в Прекрасном" у их авторов.
Что же делает мысль и воображение созидательными, при индивидуальности видения, при многообразии подходов и приёмов в искусстве? – Чувство Прекрасного и тот самый "опыт" – опыт в Прекрасном", который складывается долгими трудами – во многих воплощениях, и между воплощениями, и в Мире Незримом: сознание в бытии Незримом устремлено в соответствии с магнитами, сложенными в воплощении. Ужасно иметь "опыты" в творчестве пустом, лишённом красоты и сердечности.
В комментариях к старым записям исполнения (будь то балет, или музыка, или театр) многие люди говорят, что "таланты прошлого времени" отличаются одухотворённостью исполнения, сердечностью, тонкостью выражения чувства. Говорят, что "чем "современнее", тем "механистичнее"". В этом есть доля истины, и эта тенденция "механистичности" мастерства сложилась в результате "почитания" "его величества приёма" – с одной стороны, а с другой – из-за включённости занимающихся искусством в безудержную конкуренцию с самого раннего детства, когда в стремлении преуспеть отбрасывается как раз то, ради чего должна наращиваться техника.
"Лишними" в этой гонке за успехом и становятся мысль, внутреннее искание, стремление выразить наиболее высокие уровни чувства и переживаний. Так мастерство, отбрасывая труды в области мысли и сердечных усилий, "мертвеет", а затем (уже в погоне даже не за техникой, а за прибылью) уходит и "техника" тоже, становясь всё более формальной и окончательно теряя способность передавать даже самый очевидный план авторского замысла.
Именно поэтому, а не по причине якобы невостребованности публикой, исполнители всё реже обращаются к классике, а театры предлагают зрителям "современное прочтение", так часто уродуя шедевры русской и зарубежной классики. Всё это обычная маскировка несостоятельности, причина которой – утрата "традиции" внутреннего труда в искусстве, труда мысли и духа. (Если кому-то нравится это слово, и если такая "традиция" вообще успела сложиться в века материалистичного отношения к действительности, ведь одухотворённые исполнения могут являться лишь отдельными личными достижениями талантливых людей.)
Наверное, многим знакомы такие чувства, когда слушаешь исполнение любимого музыкального произведения: разные исполнения, разные коллективы, и все – как одно, и при этом ни единого "нюанса" мысле-чувства… И, что ещё хуже, – мысли как таковой. Зато "акценты", бессмысленная ажитация – в полную силу. И невольно думается, что если бы автор предвидел, что "акцентироваться" будут столь грубые и поверхностные энергии, без малейшей попытки выразить смысл музыкальной темы, он бы снял все пометки, и в первую очередь эти пресловутые "акценты", в которых сегодня – одно только "техническое" действие и ажитация. И ничего из того, что могло бы вдохновить, воодушевить, "озарить", а ведь именно ради этих возвышающих состояний люди ценят и любят "классику".
"Опыт в прекрасном" – слова, противостоящие позиции "почитание приёмов", – то, что должно давать искусство людям, и в чём должен преуспевать истинный художник (артист).
Для накопления опыта в Прекрасном нужен труд сердца, души. Такой труд даёт то разнообразие форм красоты и вдохновения, которое, похоже, навсегда покинуло… Мир уходящий.
Новый Мир не будет принимать искусство, в котором нет "души", нет "сердца". Сейчас и "душой" назовут явление темперамента. На нашем первом канале сейчас с интересом читаются статьи о Тонком Мире, о жизни человека в Незримости, после воплощения. Говорим в этих статьях о том, что только самое возвышенное, самое одухотворённое "переживает" земную личность, и что именно в накоплении этого "опыта в Возвышенном", в Свете, в Мысли и красоте – цель жизни человека, каждого человека, ибо "остаётся" от земной жизни только наиболее Светоносное.
Во всех мирах, в плотном, тонком и Высшем, главное – Огонь – Свет. Это то, чем процветает мир воплощённых, и чем "напитывается" в периоды между воплощениями человечество развоплощённое.
Свет, сердце, мысль, исполненная глубины и тонкости одухотворённого чувства – это то, что связывает сознание человека с Высшими Планами Действительности, что делает человека способным воспринимать тончайшие Веяния Космоса – ведущие человечество по пути Эволюции.
И, что не менее важно, "опыт в Прекрасном", то есть целенаправленные усилия, которые люди совершают в своей душе, – это то, что гармонизирует диссонансы текущей жизни, что, повышая вибрации коллективной психической энергии в пространстве, уменьшает разрушительность идущих на Смене Эпох природных катаклизмов.
"Опыт в прекрасном" не есть нечто абстрактное, красиво звучащее, но мало применимое. Это ясный и простой путь совести и честности, когда внимание обращено на то, что "неощутимо" для поверхностного восприятия… Всегда ищем с учениками наилучший образ, наиболее возвышенный, на который только способно воображение ученика-исполнителя. Ребёнок чувствует разницу между "тонким" и грубым, сердечным и "пустым". При этом, конечно, надо выбирать соответствующий задаче воспитания репертуар, высокохудожественный. Но об этом "знает" каждый учитель музыки, знает, что именно возвышенные образцы, "классика" есть то, что развивает и воспитывает, что утончает восприятия и способности; знает также, что учить надо прежде всего мыслить в музыке и не лениться вкладывать сердечную "ноту" в каждую интонацию, ведь понятие "музыкальная мысль" – одно из основных в музыкальном искусстве. Но вот диалог. Вопрос: "Почему не "классика" у вас звучит в концертной программе?" Ответ: "Так это же для публики" (?!)
Сколько же ещё времени должно пройти, чтобы люди убедились наконец, что без искренности не бывает ни талантливости, ни подлинного роста ни в чём. Что надо учиться любить "опыты в Прекрасном" не для того, чтобы вовремя "отчитаться" (докладом или исследовательской работой), но как нечто естественное, столь же необходимое – дышать свежим воздухом и видеть солнечный свет.
А потом наступает Будущее: взрослая жизнь детей, которых учили "успешно делать вид", и, возможно, невольно, по причине бездумия, "воспитали" в фальши, "научив", что Красота – это всего лишь слово, а действовать надо в угоду моде и ведущей тенденции.
Так, надо, пока не поздно, оставлять мертвящие привычки неискренности и "формопочитания". Надо устремиться со всей бескомпромиссностью к "опытам в Прекрасном". И тогда наш несчастный Мир снова увидит Расцвет.
Первым, освободившись от "морока", расцветёт Искусство. Наполненный силой сердечного света, мир явит Новую науку, а затем – и новый уклад жизни.
Люди недоумевают о причинах своих страданий, мечтая о Справедливости. Но откуда же ей взяться в мире привычной "неподлинности" во всём, когда так много людей имитируют: талантливость в искусстве, искание в науке и т.п.
Для тех, кто интересуется вопросами строения "внутреннего человека", добавим следующее. Утрата линии развития в Мире уходящем объясняется сознанием, заключившим себя в круг материалистичных представлений. В результате низшие "проводники" духа, и, соответственно, сознание, развились, ослабив при этом связь с духом. Аналог этого явления в искусстве – техника (в музыке, или живописи, или в балете…), развитая как объём действий без возможности явить в них высокие формы энергии и мысли.
Потому "Опыт в Прекрасном" становится "девизом" Нового мира, оставляя в прошлом "почитание формы", механистичность установок мышления и мировоззрения. "Приёмы" (не только в искусстве, – во всём, в широком смысле понятия) – "преходящи", это то, что должно быть подвижно, подобно формам живой мысли. А стремление к Красоте должно стать непрестанным. И в этом устремлении, в движении мысли и духа, многие люди будут находить утраченный путь вдохновенности, – и в искусстве, и во всей жизни. Эта "вдохновенность" есть укреплённая связь между внешним Планом и внутренним, между мыслью на земле и Красотой Высшей Действительности.
"Не нужно подходить к Огню с корыстными целями. Простая молитва о совершенствовании открывает лучшие Врата. Также простое правдивое отношение поможет познавать действительные ритмы Космоса. Легко корыстью подменить ритм космический, но связь с Иерархией приводит к осознанию Истины. Опыт в прекрасном держит в пределах достоверности. Когда так богат мир земной, когда ещё богаче Мир Тонкий, когда величествен Мир Огненный, тогда нужен опыт в прекрасном. Лишь острота наблюдательности поможет утверждать красоту. Ошибка думать, что преходящие приёмы искусства могут создать единое основание к суждению. Именно только наблюдательность, которая питает третий глаз, даёт твёрдое основание к творчеству, пригодному и в Тонком Мире" ("Мир Огненный" I, 243).
17 октября 2026 года